каждая строка – это паломничество. интервью с дай вэйна

cn-daiwn-jumbo

Дай Вэйна·戴潍娜 – молодой китайский поэт, драматург и учёный, выпускница Оксфордского университета, обладательница степени PhD Народного университета в Пекине. Её стихи удостаивались нескольких известных наград, в том числе ежегодной премии журнала Звёзды·星星 в номинации «Поэзия студенческих кампусов» (2014) и Международной ежегодной премии «Поэзия с берегов Тихого океана» (2017). Она опубликовала несколько сборников стихов: Мой парашют сломан·我的降落伞坏, Гимнастика для души·灵魂体操, Лицевой щит·面盾 – и переводила на китайский язык Бархатную тюрьму Миклоша Харасти.

Дай живёт в Пекине и работает в Академии социальных наук Китая. Она также редактирует поэтический журнал Световой год·光年 и пишет редкую для современного Китая политизированную поэзию. Её стихотворение янгонский любовник·仰光情人, посвящённое Аун Сан Су Чжи, несколько раз снималось с публикации и смогло увидеть свет только в её последнем сборнике 2016 года.

стихо(т)ворье: Что для Вас поэзия и поэтический язык?

 Дай Вэйна: Поэзия уважает скопившуюся за несколько тысяч лет силу языковой инерции, однако ещё больше ей бы хотелось противостоять стереотипам. Это объясняет и то, отчего жизнь поэта наполнена постоянным броуновским движением. Вопрос адаптации довольно сложен. Итальянский поэт Примо Леви писал об этом: в Освенциме погибло столько выдающихся людей, в то время как многие мерзавцы, оказавшиеся лучше приспособленными к нечеловеческим условиям, остались жить. Конечно, среди жертв и уцелевших сегодня существует множество переходных типажей, ведь мы не живём в столь экстремальных условиях. В конце концов, какое звено эволюционной цепи будет обладать большей приспособляемостью? На самом деле, решение данной проблемы зависит от нашего поколения.

Люди, которым посчастливилось работать с языком, имеют к нему более тесное отношение. Я часто говорю, что между поэзией и человеком существует чувственная связь и эта связь находит воплощение в бесконечном отказе от былой пышности, в противостоянии одряхлевшей статусности языка. Писать стихи – это как попасть из общества знакомых в общество совершенных незнакомцев, только в области языка. Поэт должен всегда заново изобретать язык, любовь, веру.

e4dde71190ef76c602f52d5b9e16fdfaaf51679f

стихо(т)ворье: Как Вы относитесь к китайской поэтической традиции?

 Дай Вэйна: Все молодые поэты – это городские фланёры: в них рано или поздно зарождается идея революции. Они не только «бунтуют против традиции», но и «вскрывают» её.

Сейчас существует так называемый Даркнет, Интернет, который мы не можем увидеть, он существует в различных базах данных, но его нельзя найти через поисковые системы. Я знаю также, что обычно нам кажется, что мы можем просматривать весь Интернет. Однако это только верхний слой Интернета, меньше 10%. Аналогично, в китайской поэтической традиции есть свой Даркнет, в котором скрываются знания от нашей «поисковой системы», от большинства людей, да и от интеллектуалов. В этом есть небольшая ересь, отклонение от нормы, грех, но в то же время и огромные золотые горы. Поиски в этом Даркнете нашей традиции являются основой новаторства в текстах молодых поэтов.

стихо(т)ворье: Какой поэт или произведение оказали на Вас наибольшее влияние?

 Дай Вэйна: Любимых поэтов и произведений у меня было очень много, выбрать что-то одно было бы слишком жестоко. Когда эмоционально погружаешься в произведение, кажется, что сам перевоплощаешься в слова. С другой стороны, в реальной жизни я также могу быть воплощением или проекцией кого-либо из поэтов.

стихо(т)ворье: Как Вы считаете, в чём особенность современной китайской поэтической традиции?

 Дай Вэйна: Современная китайская традиция несомненно находится сейчас на подъёме, ничем не отставая от других стран. Китайская современная поэзия зародилась в культуре, где стихи превозносились выше всего, и потому естественно, что современность покоится на плечах своей могучей матери. Что касается её «отчаянного классицизма», то современная китайская поэзия видоизменялась со временем, и продолжая, и меняя традицию. В то же время у неё есть и влиятельный отец в лице переводной литературы. От этого кровного родства никак не уклониться. Китайская современная поэзия была взрощена двумя влияниями, а возрождение поэзии – это, без сомнения, возрождение культуры.

Вся проблема в усреднении общего поэтического уровня. Превосходство посредственности – вот главный враг поэтического искусства. Для поэзии необходим настоящий талант. Поэты все получают талант от природы. Если много трудиться, можно достичь определённого совершенства, однако в поэзии это совершенство ничего не даст! Можно сказать, что 80% дурных поэтов и 19% неплохих поэтов пишут и живут для 1% настоящих поэтов. Да, вот так беспощадно.

Есть ещё одна проблема. Священность и благородство поэзии уже поистрепались. Однако у поэзии свои расчёты, в разные периоды она испытывает взлёты и падения, а мы – только реквизит в её руках.

0042r68Izy6YNKXKQbd47&690

стихо(т)ворье: Кто из современных китайских поэтов наиболее интересен?

 Дай Вэйна: Юй Сюхуа·余秀华 – вот наиболее неожиданный и, вместе с тем, классический пример. Она – это средоточие вопросов, на которые нам предстоит ответить. Однако оценивать её сложно. Мне кажется, она живёт поэзией и стихи придают смысл её жизни. Возможно, в большей степени чем у кого-либо из современных китайских поэтов – и в этой её театральности, возможно, скрыта загадка нашего времени.

Если говорить о роли поэзии в её жизни, то и самым великим такая кристальная чистота порыва даётся непросто. В стихах Юй Сюхуа чувствуется мощное биение энергии, агрессия, атака на все слабости нашей культуры.

Многие говорят, что нужно объективно оценивать Юй Сюхуа, нужно разделять её стихи и её жизнь, или же говорят, что её стихи нужно рассматривать в контексте её болезни. Я считаю по-другому. Нужно объединить Юй Сюхуа с её стихами, и это ни в коем случае не будет принижать её творчество, а наоборот – так мы сможем увидеть её уникальность. Давайте представим: если такие стихи, как у неё, наиболее известные её стихи, включая самый популярный текст через полкитая, чтобы спать с тобой·穿过大半个中国去睡你, если бы их написала не Юй Сюхуа, а Бэй Дао·北岛[1], Си Чуань·西川, вы или я, разве у читателя не создалось бы совершенно иное впечатление об этой поэзии? Это довольно точно показывает, как проявляет себя поэтический стиль, в чём его специфика. Прозаические произведения не обладают таким свойством. В этом и суть совместного творчества поэта и поэзии.

С одной стороны – текст, который захватывает читателя, с другой – неповторимый личный стиль, то есть все особенности личности поэта, судьба, характер – так возникает очарование поэзии. Стиль и человек – вещи, которые невозможно разделить.

стихо(т)ворье: Как вы относитесь к интернет-поэзии?

 Дай Вэйна: Интернет-поэзия сейчас переживает небывалый расцвет, статистика подтверждает, что в современном Китае каждый день публикуется около ста тысяч стихотворений. Несмотря на колоссальные цифры, вопрос о том, есть ли в этом прогресс, остаётся открытым.

Поэты нового поколения столкнулись с редкой в истории возможностью. Современные технологии и методы передачи информации позволяют каждому человеку быть своим собственным рупором. Поэтам больше не нужно перехватывать рупор у кого-то другого.

640

стихо(т)ворье: Есть ли будущее у поэзии на диалектах?

Дай Вэйна: У меня есть один друг, который написал известную книгу Эндемические знания·地方性知识. В одной из глав он подробно описывает местные ругательства одного из диалектов, это просто высший класс. Те места, где он напрямую пишет на диалекте, – просто отрада для души. Тексты на диалекте не подвергаются выхолащиванию, они движимы первобытной жизненной силой. Их язык поднимается до высот литературы и в то же время близок простому читателю. Мы все знаем о преимуществах поэзии на диалектах, но сложно сказать, выживет она или нет.

В культуре существует множество тёмных пятен. Самое скверное, что мы всё стремимся сейчас стандартизировать, не любим риски и подвержены истерии фундаментализма. Глобализация и локализация – вовсе не противоборствующие концепции, они почти что вскормлены друг другом и поддерживают гибкость этого мира.

стихо(т)ворье: Есть ли среди китайских поэтов билингвы? Может ли существовать двуязычная поэзия на основе китайского?

 Дай Вэйна: Сейчас почти все китайские поэты могут переводить свои тексты, но случаи настоящего двуязычия можно пересчитать по пальцам. Все знают, например, что у Си Чуаня отличный английский. Но писать стихи на двух языках намного сложнее чем писать научные статьи и прозу. В конечном счёте, язык поэзии зависит от языка души, а не от приобретённой привычки говорить на каком-либо языке.

Подобно тому, как храм строится во славу бога, так и поэзия должна быть храмом во славу языка. Каждая строка – это паломничество.

стихо(т)ворье: Современная китайская поэзия – это в большей степени стихи для уха или для глаза?

 Дай Вэйна: Некоторые стихи пишутся для глаза, некоторые – для слуха, некоторые – для мозга. Новая поэзия все ещё растёт, формируется, литература на байхуа стремительно эволюционирует, меняется ритм эпохи, меняются ощущение и восприятие. Современная поэзия умножилась и разделилась на множество разновидностей. Поэзия – это и изобразительное искусство, и музыка, и экстремальный спорт для интеллекта. По-настоящему хорошее стихотворение, пусть даже без рифмы, несёт в себе молчаливую музыку.

Многие полагают, что новой поэзии рифма не нужна, но это в корне неверно. Просто в современном стихе вся метрика уходит на глубину. Если стоит задача написать хорошее стихотворение, строгость его внутренней мелодической организации ничем не уступает древней поэзии, просто усилия направлены на то, что не лежит на поверхности.

adaf2edda3cc7cd9c8eb33a13b01213fb90e9187.jpg

стихо(т)ворье: И, наконец, язык современной поэзии – это отклонение по отношению к языку обыденному?

 Дай Вэйна: Бродский говорил, что народ всегда подражает языку искусства, а не наоборот. Поэзия – республика избранных. Она говорит лишь с ними.

Конечно, это вовсе не означает, что поэзия и народ всегда отделены друг от друга непреодолимой преградой; хотя стихи – вещь не для всех, здесь, в Китае, где поэзия всегда занимала самое высокое место, каждый связан с ней вдохновением и тайной. Каждый день она удивительным образом просачивается в личную и национальную историю. Даже если тебе нет до неё дела, ей всегда есть дело до тебя. Истинная красота не искусственна, она обладает недюжинной силой, красота – это настоящая деспотия. Она всегда может вторгнуться в жизнь любого человека. Даже если он никогда не задумывался о том, чтобы писать стихи, поэзия уже свила себе тайное гнездо в его душе. Незаметно эта связь обращается в близкие отношения. Поэзия – это и дворцовая роскошь, и предмет обихода. Поэзия не всегда лежит в чём-то далёком, запредельном. Она также находится и в самой ограниченности, прячется в повседневности. Это «обмирщение» поэзии высвечивает мощь её возрождения.

 

4 ноября 2018

Пекин

 

[1] Бэй Дао (р. 1949), настоящее имя Чжао Чжэнькай, – поэт, один из основателей легендарного подпольного журнала Сегодня·今天.

 

спасибо Дарье Валеевой за помощь в подготовке материала

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s